Миорщину с полным основанием можно назвать тихим краем озер, болот и лесов. И все же это представление обманчиво: наши места никогда не обходили стороной бурные события истории.

Миорщина была заселена в эпоху мезолита – более 10 тысяч лет назад, после отступления последних ледников. Но известны постоянные поселения преимущественно по берегам рек и озер эпохи неолита (5-4 тыс. лет до н.э.) и бронзового века (2 тыс. лет до н.э.) около деревень Поддубники, Язно, Шараги, Субочево, Соболевщина, Понизово, Прудники, Острово и др., где люди жили столетиями. Наиболее раннее селение славян выявлено у д.Кухтинцы, а курганные погребения – у деревень Кублищино, Лесная, Чемяры, Чурилово, Вята, Поддубники, Леонполь, Снеги.

Люди в этих местах издавна поклонялись валунам. В Язно известен огромный камень, на котором по разным преданиям обедали то ли Наполеон, то ли Екатерина ІІ. У валуна около д.Бертовщина как-будто останавливались французы в 1812 году. А неподалеку от Старого Погоста находился камень-швец, который (по легенде) шил одежду людям, пока какая-то женщина не прогневала его. У деревень Новгороды, Волковщина, Снеги, Беларусская, Перебродье, Чурилово находились так называемые камни-следовики.

Но самыми известными стали находившиеся в русле Западной Двины Борисовы камни или «Писаники». Одна из них – кусок красного гранита – еще в 1878 году с огромными трудностями был доставлен в Москву и теперь находится в музее-заповеднике «Коломенское».

Представление о Борисовых камнях можно получить и по валуну у Софийского собора в Полоцке, уже в наше время поднятого из русла Западной Двины. Но в самой реке последний можно увидеть только в г.п. Друя.

Не исключено, что в наших местах не раз бывал самый известный полоцкий князь Всеслав Брачиславович (1044-1101), известный так же как Всеслав Полоцкий, Всеслав Чародей. Об этом свидетельствует находка в 1914 году в окрестностях Дисны его перстня-печати. В этой связи интригующе воспринимается версия археолога, путешественника и художника Язепа Дроздовича о том, что легендарные дудутки, от которых «скокнул» Всеслав Брачиславович к Немиге, как сказано в «Слове о полку Игоревым», находятся в долине реки Ауты на границе современных Миорского и Глубокского районов.

Дисна – древнейший населенный пункт района. Первоначально люди жили на мысу при впадении реки Дисна в Западную Двину. Именно здесь находился форпост кривичей-полочан в Х-ХІ столетиях, который неоднократоно протовостоял регулярным рейдам крестоносцев в более поздний период. В Хронике Германа Вартберга под 1374 год вспоминается Новый замок русских, который магистр ордена со значительными силами безрезультатно штурмовал в 1377 году. Точное нахождение этого замка не установлено, но самое удобное место для него именно в Дисне, первое письменное упоминание о котрой в “Литовской метрике” относится к 1461 году: “А судил сам король в Диснах”. Князь Скиргайло передал поселение Стефану Дяку, что затем подтвердил король Александ Коземирович. Позже землями здесь владели полоцкие бояре.

Дисна в более позднее время известна как Копец-городок. Замок здесь занимал около 5 гектаров. Его валы первоначально поднимались на 5 метров, на них стоял дубовый частокол, позже возведены городни. С падением Полоцка во времена Ливонской войны (1558-1583) значение Дисны возрастает. Восстанавливает укрепления уже тогда “старого” замка “рыцер и военник добрый” Боркулаб Иванович Корсак. Представить их не трудно: окруженный водами Двины и Дисны остров возвышался на 10 метров, не нем были насыпаны такой же высоты валы, еще выше – деревянные стены с 9 башнями, на которых стояло 14 медных и 13 железных пушек, 30 “гаковниц”. Его называли Верхним замком, так как и город спрятался за валунами со стенами и 14 башнями в междуречье тех же Двины и Дисны. Особенностью Нижнего замка было то, что он возводился с 1569 года “коштом и силами” не государства, а местного населения и спасшихся после падения города полочан. На его стенах стояло 40 пушек разного калибра.

Значение укреплений в Дисне высоко ценил король Жигимонт ІІ Август. Через три года после возрождения город получил право беспошлинной торговли, а еще через год Сигизмунд Август предоставил ему новые льготы и герб – «тры вежы з муру». По просьбе горожан Дисна вскоре по-лучила магдебургское право и новый герб – лодку.

С ХVІ столетия известны Чересы, Язно, Новгородцы, Куриловичи, Юнделово, Ист, Дедино и другие. 13 января 1517 года Жигизмот Старый утвердил обмен земель между Гетавтом Калениковичем и подляским воеводой Иваном Сапегом, по которому И.С.Сапего получил Орцы и Миоры, выслуженные Калениковичем у королевы Елены. Это первое письменное упоминание нашего районного центра.

Король Сигизмунд Август за особые заслуги даровал 25 февраля 1571 года магдебурское право деревне Перебродье, которая до города так и не доросла.

Большой интерес к Дисне проявлял польский король Стефан Баторий. Перед полоцким походом в 1579 году он останавливался здесь лагерем и сделал смотр войскам. А, возвращаясь осенью, оставил в замке артиллерию. Летом 1581 года отсюда начинал поход на Псковщину. По легенде, желая еще более укрепить дисненский замок, король приказал углубить ров перед ним, таким образом, соединив русла рек Двины и Дисны. «Баториев перекоп» превратил замок в остров.

В «смутное время» (1611г.) король Жигимонт ІІІ именно в Дисне принимал в свое подданство 230 московских бояр. Здесь ночевал после битвы под Кушликами, где была трудная победа над войсками Хованского и Нащокина, король Ян Казимир. Дисна упоминается и в связи с походом «тишайшего царя» Алексея Михайловича летом 1656 года «под Ригу». Московские войска отдыхали против города на другом берегу Двины по дороге туда, а, возвращаясь – двигались по левому берегу через Горки.

Петр І по дипломатическим каналам выступил в защиту небольшого и малоизвестного православного монастыря в Миорах, разграбленного 20 декабря 1690 года. Этот царский протест высветил значительную для белорусов фигуру Симеона Полоцкого – С.Е. Петровского-Ситнияновича, учителя детей московского царя Алексея Михайловича, завещавшего все свое имущество белорусским монастырям, в том числе Миорскому и Дисненскому.

Последним из царствующих особ в наших местах был российский император Александр І. Он вместе с 1-й Западной армией отступал под напором войск Наполеона в 1812 году к Дриссенскому (Дрисскому) укрепленному лагерю, который находился на левом берегу Западной Двины в районе деревень Бредево, Барсуки, Слобода (Путры), Щеберы, Дворчаны.

С нашими местами связано немало действительных и легендарных событий. Так, во времена северной войны князь Александр Меньшиков какое-то время исполнял обязанности старосты в Дисне. Когда после Полтавской битвы русские войска двинулись на Ригу, а артиллерию туда переправляли по суше сначала к Дисне, а от нее – по воде.

Биографы А.С.Пушкина и литературоведы более позднего времени дают основание предполагать, что прототипами знаменитого Дубровского был шляхтич Островский из родового имения Аржаневича или Островщина в Дисненском уезде на дороге на Полоцк за 8 км от уездного центра. Владелец 20 крестьянских душ, дворянские документы которого сгорели, не смог подтвердить свое происхождение во время «разбора шляхты». И стал недавний участник восстания 1830-31 годов 22-летний Павел Островский, сбежавший из-под стражи в Пскове благородным разбойником, настоящим местным Робин Гудом, чем и увлек Александра Сергеевича. Только писатель перенес своего героя подальше от взрывоопасных восстанием мест.

Писарь Великого княжества Литовского Николай Лопатинский возвел в 1750 году дворец в Леонполе и организовал производство тканей и изделий из так называемого друйского льна, высоко ценимого на рынке. Этот населенный пункт стал культурным центром благодаря большой библиотеке, типографии, сборам картин известных европейских художников, в том числе Рубенса. И не случайно в 1793 году на окраине Леонполя местная шляхта установила колонну в честь первой конституции Речи Посполитой 1791 года. Участники этого события в недалеком будущем стали соратниками Тадеуша Костюшко.

И снова «наполеоновский тракт» у Дисны, желтеющий песками под охраной дубов вдоль имения Дорожковичи со старым парком на берегу Двины. В середине ХІХ ст. он принадлежал Костровицким. Хозяйка имения хорошо знала поэта Адама Мицкевича, а стихотворение «Майтэк» рукой автора было записано в ее альбом. Это и послужило основанием еще одной красивой легенды, что сам вольнолюбивый поэт какое-то время прятался от властей здесь в каплице.

Выпускник Дисненской гимназии, известный польский писатель Ян Гуща (родился в фольварке Задворье в 3 км от Цветино) связывал Костровицких из Дорожковичей, активных – участников восстания 1863 года, с Гийомом Альбертом Аполинарием Кастровицким, более известным как французский поэт Гийом Аполинер.

Дисна на рубеже ХІХ-ХХ веков была крупнейшим уездным городом Виленской губернии, значительным торгово-ремесленным центром. Здесь грузились и перегружались пароходы и прочие суда, формировались плоты с древесиной. Именно из Дисны началась первая поездка по Белоруссии тогда еще любительской театральной труппы Игната Буйницкого. Ее выступление здесь «наша нива» назвала «большим национальным праздником».

Дисненщина в полной мере испытала тяготы и лишения первой мировой и гражданской войн. В районе Дисны формировал свой 3-й конный корпус перед походом Красной Армии на Варшаву в июне 1920 года  герой гражданской войны Г.Д.Гай. А это 4097 сабель, 46 станковых пулеметов и 20 пушек. Эти силы начали наступление на имение Дригучи 4 июля.

И все же по Рижскому договору Миорщина отошла к Польше. Восстановление народного хозяйство шло медленно. Однако построена железная дорога мимо Нового Погоста и Миор до Друи. В Миорах появилась «фабрика» спичечной соломки, развивалась потребительская кооперация. В сельском хозяйстве настойчиво насаждались посадничество, хуторизация и распродажа помещичьих земель.

Постепенно в крае были закрыты все белорусские школы, а образование осуществлялось в 39 начальных, 7 шестилетних школах и Дисненской гимназии на польском языке. К слову сказать, гимназия давала прочные знания и позволила проявиться многим местным талантам. Среди них поэт Дмитрий Косатый, писатель Ян Гуща, белостокский архиепископ и митрополит Эдвард Кисель.

Участвовал в создании белорусских школ в Западной Белоруссии избранный в 1922 году депутатом польского сейма уроженец д.Кухтинцы (теперь в составе д.Заутье) Петр Васильевич метла. Он входил в Белорусский посольский клуб, был одним из создателей и членом ЦК Белорусской крестьянско-рабочей громады.

Учитель Флор Донатович Манцевич, который преподавал в школах деревень Нивники и Старые Крюки, будучи депутатом Народного собрания Западной Белоруссии в Белостоке в 1939 году, выступал докладчиком по второму основному вопросу «О вхождении Западной Белоруссии в состав Белорусской ССР», представлял декларацию о вхождении Западной Белоруссии в состав БССР и СССР на сессии Верховного Совета СССР в Москве. Он является первым учителем народного артиста СССР Геннадия Ивановича Титовича – белорусского этномузыковеда, дирижера, собирателя музыкального фольклора и хорового деятеля, который родился в 1910 году в д.Новый Погост.

Новая жизнь в наши места принесла воссоединение Западной Белоруссии в 1939 году. Началась коллективизация сельского хозяйства, перевод хозяйственной и всей общественной жизни на советский образец. Одними из первых образованы колхозы «17-ое Сентября» в Леонполе, «Правда» в Каменполье, «Красное Знамя» в Слободе, «Парижская коммуна» в Свердлах.

Прошли выборы в Советы, начала выходить районная газета «Большевистская трибуна».